Готово
Оформить заказ
или
Продолжить покупки
Пожалуйста не забудьте после окончания выбора оформить заказ через кнопку "оформить заказ".
Регистрация  Вход для клиентов Доска почёта Помощь клиентам Доставка Как оплатить Распродажа Контакты

Гравюры 1901 года. Оборудование для типографий, в обрамлении

1901 год. Типографские станки, три гравюры в раме
Размер 78 х 47,7 см. Типографией называется мастерская, где набираются и печатаются книги, газеты, журналы, брошюры, афиши, таблицы, ведомости, бланки, картины, чертежи и проч.

Читайте подробнее в описании к товару
65000 руб. Артикул: R1689 Задать вопрос по этому товару
Триптих из подлинных старинных ксилографий 1901 года печати.
Возраст более 120 лет.
 
 
 
Типографское дело.
 
 
 
   Размер рамы 78 х 47,7 см. Ксилографии отпечатана в типографии Ефрона в Санкт-Петербурге в 1901 году по заказу издательства Брокгауз и Ефрон. Чистая обратная сторона. Отличное коллекционное состояние.
 
 Современное обрамление в багет из натурального дерева, картон-паспарту, импортное тонкое багетное стекло "Фениция", верхний подвес объектов бескислотной консервационной лентой, задник из паспарту, пылевая защита, подвес рамы - трос, фирменный гарантийный сертификат.
 
 Типографское дело. Типографией называется мастерская, где набираются и печатаются книги, газеты, журналы, брошюры, афиши, таблицы, ведомости, бланки, картины, чертежи и проч. Печатать — значить получать на бумаге, коже или тканях, одинаковые и точные оттиски букв и рисунков в красках, механическим способом, т. е. при помощи станков или машин. Самое слово «оттиск» указывает уже, что печатание производится посредством давления, натиска или нажима. Т. печатание отличается от литографского, металлографического и др. тем, что для получения изображения отдельные части оттискиваемого предмета помещаются в одну плоскость и исполняются рельефно, иначе говоря: типография печатает оттиски только с плоских, но рельефных или выпуклых предметов. Если печатают с буквенного набора, то отдельные буквы устанавливаются не выше и не ниже одна другой, если же печатается рисунок, то на клише [2] все штрихи и точки режутся на одном уровне.
 Т. печатание в общих чертах заключается в следующем. Данный предмет (буквенный набор или клише) покрывается, или «накатывается», при помощи валика тонким слоем краски. Затем накладывается чистый лист бумаги, который придавливается и принимает на себя краску с тех мест, к которым был прижат или придавлен. Если взять, напр., гладкую дощечку, нарисовать на ней несколько квадратиков и черточек и накатать краскою, то на листе бумаги получится черная плоскость, равная по величине дощечке, а не изображение фигур. Рисунок ведь не изменил поверхности дощечки, и валик, катаясь по дощечке, передал свою краску всем точкам поверхности, зачернив площадь дощечки сплошь. Но стоит только сделать квадратики и черточки выпуклыми, срезав на дощечке места, окружающие рисунок, и тогда при накатывании валик уже не передаст своей краски всей площади дощечки, но, зачернив верхнюю поверхность, т. е. квадратики и черточки, не достанет до поверхности дощечки, где срезано немного дерево. Оттиск даст на белом фоне черные квадратики и точки. Если же окажется несколько квадратиков и точек, расположенных не горизонтально, то на оттиске получатся изображения только тех из них, поверхности которых лежат на высшем уровне, а остальные на оттиске не выйдут. Так и в типографиях печатают с набора, который, представляя в общем одно целое, на самом деле состоит из отдельных букв, знаков и украшений, причем все Т. отдельные знаки, буквы и украшения, чтобы оставить отпечаток на бумаге, должны быть так или иначе установлены на одну высоту, т. е. так, чтобы поверхность набора образовала горизонтально ровную площадь, где бы ни одна буква, ни один знак, ни одно украшение были и не выше, и не ниже других. Правда, при печатании на ротационных машинах оттиски получаются не с плоского горизонтального набора, а с круглого, но вся разница в печатании на обыкновенном ручном прессе, на плоской типографской машине и на ротационной заключается лишь в том, что в прессе литеры набора, образуя горизонтальную плоскость, одновременно подвергаются нажиму и сразу передают оттиск листу бумаги, а в ротативных машинах площадь набора приводится в одну плоскость не сразу, а последовательно, рядами, вследствие чего и нажим производится не сразу, а последовательно, частями, но в одной и той же плоскости; вся суть здесь только в быстроте замены одних строк другими, а это достигается с помощью так назыв. стереотипа, т. е. отлитого из мягкого металла клише, воспроизводящего набор.
 История изобретения Т. искусства. Письмена, которые высекались на камне, резались на меди, вылеплялись из глины или начертались на воске, ведут начало от седой древности. На более высокой ступени культуры древние народы стали для письма пользоваться пергаментом и папирусом, а в Греции и Риме возникает как промысел изготовление рукописных книжных свитков и украшение их иллюстрациями с помощью своеобразных клише. После распространения христианства и переселения народов, когда ученость нашла себе убежище в монастырских кельях, начинает широко развиваться переписка книг и разукрашение их достигает художественности, порождая сложное разделение труда (rubricatores, illuminatores, miniatores и т. д.). Ксилографические клише с первоначально нарисованными на липовой, грушевой или буковой доске изображениями получают вид рельефа через срезание пустых промежутков с плоскости печатания и в средние века распространяются все более и более. «Печатники письма» (Briefdrucker), первоначально сосредоточившие свое мастерство на воспроизведении изображений святых и библейских картин, постепенно, с XIV в., начинают печатать этим способом целые молитвенники и учебники (напр. сокращение грамматики Доната). Кропотливость резьбы ксилографических досок и несовершенство способов наведения красок на доски с помощью подушечек, а равно накатывания бумаги с помощью кожаных вальцев препятствуют, однако, распространению этого способа воспроизведения на сколько-нибудь объемистые сочинения. Во всяком случае, ксилография, сама по себе взятая, составляет уже значительный шаг вперед против монастырской переписки рукописей и должна была натолкнуть на мысль вырезывать из металла отдельные литеры (пунсоны), готовить по ним углубленные формы (матрицы), в этих формах отливать в любом количестве из легкоплавкого материала отдельные литеры и то соединять их вместе, то разбирать. Т. искусство в смысле печатания подвижными буквами возникает и распространяется в XV в., когда возродились поэзия, наука и искусство и открылась деятельная борьба за свободу мысли и совести. Т. станок является могучим подспорьем умственного прогресса. Кто первый сознательно додумался до этого изобретения или случайно напал на это открытие — в точности не выяснено. Несколько веков тому назад более 17 городов Германии, Франции и Италии оспаривали друг у друга честь почина в Т. деле, но по ближайшем изучении дела сфера состязания сузилась до четырех городов. Бамберг изобретение типографии приписывает Альбрехту Пфистеру, который действительно почти одновременно с Гутенбергом, Фустом и Шеффером выступает в 1454 г. с календарем и Бамбергской 36-строчной латинскою Библией; но так как резьба Пфистеровских литер напоминает первые Гутенберговские литеры, примененные к печатанию Требника, то есть основание видеть в Пфистере одного из подмастерьев Гутенберга, который переселился в Бамберг для использования на свой страх нового искусства. С 1462 г. теряются следы существования Пфистера. Притязания Гарлема на изобретение книгопечатания получили огласку с половины XVI в., когда более ранние устные предания, передававшиеся от поколения к поколению, нашли доступ в ученую сферу. Голландские исследователи намечают отца типографии в Лаврентии Янцоне, род. в 1370 г. Принадлежал он к богатой дворянской семье и занимал почетный, по тогдашним понятиям, пост церковного кистера (отсюда и прозвание Янцона — Кистер). Рассказывали, что Лаврентий Янцон, гуляя со своим внуком, для забавы последнего вырезывал из буковой коры буквы и делал с них отпечатки. Это навело его на мысль о книгопечатании; совместно с зятем он занялся опытами в этом направлении, изобрел подходящую краску и постепенно заменил деревянные литеры оловянными. Дело оказалось прибыльным; Кистер обзавелся подмастерьями. Один из них, по имени Иоганн, тайком бежал с литерами и всеми Т. принадлежностями в Майнц и с 1442 г. начал печатать там. Этот раб неверный будто и есть Гутенберг. Страсбург почин изобретения книгопечатания приписывает местному жителю Иоганну Ментелину, который будто бы приобщил к его разработке Гутенберга, а последний, воспользовавшись мыслью Ментелина, в 1444 г. переехал в Майнц и вместе с товарищами занялся там новым искусством. Что Майнцу и Иоганну Гутенбергу принадлежит пальма первенства в изобретении книгопечатания — это факт общепризнанный (за исключением Голландии) и подтвержденный специальными исследованиями, не только немецкими, но французскими, итальянскими и английскими; особенный вес в этом отношении представляет свидетельство аббата Тритгейма, который в летописи монастыря Гиршау указывает на Майнц как на колыбель Т. искусства, приурочивая изобретение к 1450 г.; важно также и показание Какстона, первого книгопечатника в Англии, который в 1482 г. утверждал, что книгопечатание изобретено в Германии, в гор. Майнце. В 1450 г. Гутенберг (см.) заключил с Фустом договор, из которого видно, что идея, орудия и труд в новом предприятии принадлежали Гутенбергу, а капитал — Фусту. Новый деятельный сотрудник был привлечен Фустом в лице Петра Шеффера. Юрист по образованию, Шеффер долго жил в Париже, где приобрел славу искусного иллюминатора и рисовальщика заглавных букв. Гутенберговской типографии Шеффер принес существенную пользу тем, что улучшил несовершенные по начертанию и по мягкости металла литеры, улучшил Т. краску через прибавление к ней лака и впервые начал изготовлять пунсоны из стали, что дало возможность выколачивать матрицы из меди. Финансовая невыгодность Т. предприятия породила между Фустом и Гутенбергом процесс, подробный протокол которого является ценным в истории книгопечатания документом. Инвентарь типографии был поделен между тяжущимися: первая типография успешно продолжала свою деятельность под руководством Шеффера, женившегося на дочери Фуста, а Гутенберг завел в Майнце новую типографию, которая с 1462 г. была перенесена в Эльтвиль. Преимущественный сбыт в ту эпоху находили книги учебные и религиозные. Гутенберг напечатал «Латинскую грамматику» Эвия Доната, отдельные листы которой сохранились в Парижской национальной библиотеке; затем последовали индульгенции жертвователям денег на войну Кипра с турками. Эти образчики первопечати свидетельствуют, что к 1451 г. Гутенберговская типография была снабжена двумя комплектами шрифтов, крупным и мелким; но Гутенберга не удовлетворяли достигнутые результаты, и он с особенною ревностью принялся за воспроизведение в печати Священного Писания. Среди первопечатных книг почетнейшее место занимают две библии. Одна, 42-строчная, так назыв. Маразинская, несомненно печатанная Гутенбергом и Фустом и законченная Фустом и Шеффером, составляет 2-томный фолиант в 641 л. в 2 столбца (в первом томе 324 и во втором 317 л.). Печатные заглавные буквы отсутствуют и сделаны в пергаментных экземплярах от руки, киноварью, с золотыми украшениями; в экземплярах на бумаге заглавные буквы от руки чередуются то красные, то синие. 36-строчная Библия (так назыв. Шельхорнская) некоторыми приписывалась Пфистеру, но новейшие исследования установили достоверно, что она вышла из типографии Гутенберга. 36-строчная Библия заключает 881 лист, или 1762 стр., в 2 столбца, в 3-х томах. В точности не установлено, какая именно из этих двух Библий — первенец Т. искусства. Известен пергаментный экземпляр 42-строчной Библии, помеченный 24 августа 1456 г., а в 1460 г. листы 36-строчной Библии употреблялись уже на макулатуру. После разрыва с Фустом и Шеффером Гутенберг изготовил новый шрифт, которым напечатал, между прочим, в 1460 г. труд Иоганна de Janua «Summa quae vocatur Catholicon» (латинская грамматика и словарь). Фуст и Шеффер в 1457 г. осуществили издание «Псалтыри», примечательное тем, что здесь впервые введено обозначение печатника, места и времени печатания. Издания этой Псалтыри следовали быстро одно за другим. Позднейшими крупными памятниками печатного дела были изданная Фустом и Шеффером в 1461 г. 48-строчная «Biblia sacra latina» и вышедшее в 1465 г. сочинение Цицеронова «De officiis», где впервые применен греч. шрифт из букв, резанных на дереве. Распространению Т. дела способствовало разорение типографии Фуста и Шеффера при разгроме г. Майнца войском Адольфа Нассауского. Оставшиеся без заработка мастера Фустовой типографии покинули Майнц и, не считая себя более связанными присягою, данною прежним хозяевам, разнесли познания в новом искусстве по другим городам. Типография заводится в Страсбурге Ментелином (1466), проникает в Люцерн и Базель (1473), быстро прививается в Ульме по почину Иоганна Зайнера (здесь напечатано до 136 инкунабул), в Аугсбурге (при участии Гюнтера Зайнера и Эрг. Ратдольта) и в Нюрнберге; в Нюрнберге особенную известность приобретает Антоний Кобергер (1473—1513), работавший с 24 прессами и свыше чем 100 мастерами и напечатавший до 220 книг, из коих 12 библий. Среди изданий Кобергера особенно славится «Schatzl ehalter des Reichtunis des ewigen Heils» с рисунками M. Вильгеймута (1491) и «Книга хроник и историй Шеделя» на латинск. и нем. языках, с 2000 ксилографическими иллюстрациями (1493). Особенное значение в развитии Т. дела получил Кёльн в лице своих первопечатников Ульриха Целля, Николая Гетца и Генриха Квентелля (конец XV в.), обучивших целую плеяду типографщиков. Из Кельна же на всю Германию расходятся Т. усовершенствования, как то: применение помет (сигнатур), пагинация, титулы для книг, оглавление столбцов и введение более удобных «ручных» форматов.
 
 Наборные машины предназначены для изготовления текстовой части полиграфической печатной формы. Первые Н. м. в начале 19 в. механизировали набор строк текста из отдельных литер. В 1822 англичанин У. Чёрч построил литеронаборную машину, оснащённую клавиатурой. В 1866—67 русский изобретатель П. П. Княгининский создал первый в мире «автомат-наборщик» — литеронаборную машину с программным управлением от перфоленты. Начало широкого промышленного применения Н. м. связано с созданием в конце 19 в. Линотипа и Монотипа. К этому периоду относятся также первые попытки создания фотонаборных машин (См. Фотонаборная машина).
         По принципу формирования изображения различают три основных вида Н. м.: наборно-литейные, наборно-пишущие и фотонаборные. Наборно-литейные машины обеспечивают получение текстового изображения в виде отдельных знаков или строк с рельефной печатающей поверхностью, отлитых из типографского сплава. К этому типу относятся строкоотливные наборные машины (линотипы) и буквоотливные строконаборные машины (монотипы). Наборно-литейные машины получили наибольшее распространение при изготовлении форм высокой печати. Наборно-пишущие машины (См. Наборно-пишущая машина) позволяют получить изображение текста в виде оттисков на бумаге, плёнке и т.п. материалах с использованием принципа побуквенной печати. Эти машины применяют в основном при изготовлении форм офсетной печати для малотиражных изданий с ограниченными требованиями к качеству их оформления. Современные фотонаборные машины более производительные и технологически совмещаются со способом офсетной печати. (По материалам БСЭ)
 
 
   Брокгауз и Ефрон (полное название Акционерное издательское общество Ф.А. Брокгауз — И.А. Ефрон) — российское, а затем советское издательство, существовавшее в 1889—1930 годы.
Основано в Санкт-Петербурге в 1889 году типографом Ильёй Ефроном по инициативе профессора Семёна Венгерова и при участии немецкого издательства F.A. Brockhaus, основанного Фридрихом Арнольдом Брокгаузом в 1805 году.
   Дореволюционная продукция издательства — многочисленные издания, получившие широкое распространение благодаря подписке и льготной рассрочке.
   В апреле 1917 года умирает И.А. Ефрон, руководство перешло к А.Ф. Перельману. К тому времени было издано 236 наименований книг, преимущественно гуманитарной направленности.
  После революции при национализации книжного дела издательству Брокгауза и Ефрона как предприятию, имеющему несомненные заслуги перед культурой страны, была предоставлена возможность продолжать свою деятельность. Продукция издательства после 1917 года, хотя и не имела прежних капитальных изданий, но по качеству (техника и содержание) стояла на высоком уровне.
   C 1919 года издательство действовало под маркой «Б. - Е.», выпустив ряд изданий: «Петербург Достоевского» Н.П. Анциферова; «Пушкин в театральных креслах» Л.П. Гроссмана; «Классический Восток» Б.А. Тураева и другие; серию биографий «Образы человечества»; стихи С.Я. Маршака «Приключения стола и стула», ряд книг по искусству (Лансере, Вальдгауер, Никольский, Радлов, Тройницкий). Большое внимание в последнее время издательство уделяло педагогическим исканиям (Дальтон-план, краеведение в школе и проч.) и учебным пособиям.
   В 1930 году издательство прекратило существование.
 
 
 
ДЛЯ ПОЛНОЭКРАННОГО ПРОСМОТРА НАЖМИТЕ НА ФОТО
 
 
 
 
 
 
 
 
.
 


Рекомендуем